Сага о людских муравейниках.

Раскидывать слова, как тени сожаления.
И рассыпаться легом, противясь формуле сложения.
Я разложусь тогда лишь, снова!
Я воплощусь лишь потому.
Я снова явь.
Противиться, невмоготу.

Меж сном и бременем решений.
Мой лицемерный взгляд на солнце зреет.
И в прении сторон.
Моей лишь целью
Сохранить лицо.

Открыть волшебный ларчик.
И отыскать божественный совет!
Да что мне, ветхий, новый, совершенный, я разглагольствий мастер!
Я вроде бы и сам могу найти ответ.

Мой лицемерный взгляд на солнце зреет.
Наивно полагай, в растлении ты снова меру равенств волен превышать.
И небо созерцай.
Ты совершенно так же как и я наивен!
Ты волен это принимать!

Едино слово, страж имён
Весь город словом возведён
От слова суть свою берёт
Возможностей неслыханных, словесный поворот.
Откроет же речитативный зов.

Там переулок, переход
На морде маска
Сто пудов вранья и тонны желчи!
Вот расход.
Приход и звон баланса в мониторе.
В агонии кричит, желает и вопит!

Наверно каждый на земле, из всех иных разнообразнейших имён, подумал "не Лицемер ли он? "

Как определить, в себе врага?
Быть может лучше всех я "да?"
Иль может равных нет в морально-нравственных устоях?
Я равновесие, баланс, я стоик?

Сокрою лучше подноготную свою.
Смешать оттенок серый и индивидуальный элемент.
Не страшно ведь.
Ведь есть, многомиллионный прецедент!

Вот так, и всех подряд клеймя.
Спонтанно обнаружил, что лицемер, и я.

Раннем утром, спозаранку, в новь просчитывая шаг, нажимать на кнопку надо, с яркой музыкой бежать.

Вижу тройку в далеке
Мчится, будто слизь в песке.
Я спешу, а ей насрать
В ожидании томясь
Тихо жду.
На небе марь


Раз, два, три!
Здравствуй гниль, здравствуй пот,
Вновь на место сесть не смог.

Я вижу сотни сдесь поганейших чертей!
И все пихаются и спотыкаются.
И все кому не лень спросил, разок шагнул.
Свернуть в другую сторону нельзя мой друг

В телесном плене мне, не выбраться от сюда!
Я про себя шепчу "не блевону, не блевону"

Зловонный аромат, он будет мне судьёй.
Судьбы моей не избежать.
Порой ненастье, как всегда, встречает нас с порога. "Да"

Я посвящаю данное творение любителям курить, парить, кидать под язычок.
И валящих клубами, выдыхая многолетний смог.

На длинном, извилистом пути, мне многократно приходилось видеть
Людей, что от дурной головы, умели сочетать в себе набор трехкратных качеств: курение и спорт помножь на алкоголь, получишь к 30 убитый организм, возможно разум, "учти, ведь ты пока что не седой".

На сколько же противно, Повсюду наблюдать. Везде, ох этот чёртов, зловонный аромат.

Аутентичный запах табака, вполне возможно роз, вина.
Свежайший виноград, клубника со сливками, в конце концов, гранат.

Везде идут, курящее, парящие: ублюдки, сутенёры, водители, гримёры, нормальные и адекватные, выродки и фантазёры, душевно скованные болью и на слабо согласные, с любовью.

Зажги стручок, и нет проблем.
Уходит боль, найдётся цель.
Дневной порок превышен счастья
Невзгод забористых дилем

Что тёмной сущностью влечённый.
Что светлым даром одарён
Плевать чем я порок назначу.
В конечном счете, обречён.

Не важно как, по чьей указке.
И вопреки желанию, внутри.
Под самым, благопристойнешим предлогом.
Рассказ вершишь, без всякого сомнения, ты.

Разумное создание.
Обременённое выбором.
Меж разрушением и созиданием.

Разумное создание.
Наделённое возможностью
Опровержения и изыскания.

Разумное создание.
Разумным оставаться, испытание.

Кишаший муравейник, бетонные блоки рассыпанные через сотейник.
Метал, кирпич, бетон, асфальт, лишь мёртвые материи имеют стать.

Органика здесь не в ходу, имеют серую унылую, особо тусклую чёрту.
Органика есть биомусор, материал,
Отходы выкинул и тушку новую достал.

Наш городище - каменок, из каменных брусков и всюду затхлый смог.

Наш городище, прогнившая бойцовская арена.

Кровавые, несправедливо ушедшие младенцы.
Смена!

Распутные и сладострастные ублюдки
Смена!

Любители пожрать, набить утробу доверха
Смена!

Скупые и недалёкие невежды
Смена!

Комочки гнева, любители всем нервы потрепать
Смена!

И льстивые подонки, добивают местный контингент до нужной нормы
Смена!

Любители чужую плоть ломать, ломать, со счастливыми слюнями, задыхаясь истязать.
Смена!

Местечко здесь найдётся глупым, чистым добрякам, в наивной доброте, он жизнь свою сломал.
Смена!

И для предателей, отдельный круг.
"Как поразительно"
Не любят их, уж все вокруг.
Смена!
На этот раз, последняя она.
Последняя, роковая, девятая черта.